В. М. Брицын - Сопоставительное исследование синтаксических синонимов в русском и украинском языках

Глава 2. К ВОПРОСУ О СИНОНИМИКЕ ПРИСУБСТАНТИВНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ И ПРЕДЛОЖЕНИЙ С НЕОБОСОБЛЕННЫМИ ОПРЕДЕЛЕНИЯМИ

загрузка...

Вопрос о том, имеются ли различия между
обособленными и необособленными членами, не имеет однозначного
решения. Некоторые лингвисты на него отвечают отрицательно.
Так, не разграничивает обособленные и необособленные
определения О.Есперсен /1727, ненужным считает выделение
двух категорий М.Н.Петерсон. По его мнению, «под именем
обособленных второстепенных членов разумеются те же
второстепенные члены с другим порядком слов, паузами,
интонацией» /108, 2?/’. В ряде работ наблюдается
синонимическое сближение обособленных и необособленных членов
предложения ?25, 297^301; 1007.
Однако большинство лингвистов за фактами необычного
порядка слов, интонационных особенностей склонны видеть
определенное синтаксическое содержание.
Наиболее полно выяснена специфика стилистических свойств,
смысловых значений и формально-грамматических черт
обособленных членов предложения /16; 70; 71; 110, 41^2^436;
12°» ШЬ?3&> ЖІЇЬЗЛЛі 123; 147; 1687- Менее
исследованы их грамматические признаки. Ряд лингвистов,
начиная с А.А.Потебни, основное отличие обособленных
определений от необособленных видит в довольно отчетливой
предикативности первых. Возражения против такого решения вопроса о
соотношении обособленных и необособленных членов
предложения в основном сводятся к тому, что точка зрения о
предикативности обособленных членов «не находит себе прочного
подкрепления прежде всего в теории структуры предложения
как двучленного образования, связанного одной
предикативной связью (подлежащее — сказуемое), а также в теории
функций второстепенных членов предложения как членов,
объединяющихся с помощью атрибутивной (в широком смысле слова)
связи вокруг главных членов» /63, 40^^417. Однако здесь
не учитывается то, что предикативные отношения между
обособленным определением и поясняемым словом являются
дополнительными, второстепенным^, формирующимися на базе
предикативных отношений между подлежащим и сказуемым.
19
Не противоречит предикативности обособленного определения
и его зависимость не только от подлежащего, но и от
других членов. Такие отношения в языке вполне возможны и
находят свое отражение, например, в структуре
сложноподчиненных нерасчлененных предложений.
Мнения ученых о характере различий обособленных и
необособленных определений по признаку предикативности не
совпадают. Довольно распространенным в лингвистической
литературе является взгляд, согласно которому
необособленным определениям, в отличие от обособленных, не
свойственна предикативность /&9, ^7; 123, Д§/. Другие лингвисты,
развивая взгляды А.А.Потебни /119, 10^X2^^ Д.Н.Овся-
нико-Куликовского /102, 8^1 -8^ и др7, А.А.Шахматова
/155, 99, 28_0-282, 292-294. и др7, полагают, что не-
обособленным определениям, выраженным причастиями или
причастными оборотами, также присуща предикативность и
от обособленных определений они отличаются лишь меньшей
степенью ее проявления /71, .^97. Последняя точка зрения,
на наш взгляд, более точна, поскольку при ней учитываются
не только грамматические значения модели и синтаксические
отношения ее компонентов, но и такие важные смыслообра-
зующие факторы синтаксического уровня, как
морфологические свойства и лексические значения компонентов модели
/159, 11?7.
Предикативность необособленных определений, выраженных
причастиями и причастными оборотами, неодинакова. В одних
случаях — при адъективации причастий — она почти
отсутствует, в других, когда в причастии категория
действия-состояния преобладает над оттенками качественной оценки,
необособленные определения приближаются к обособленным
/71, Х&ЙЗ^- Предикативность необособленных определений
во многом зависит от свойств причастий, с помощью
которых они были образованы /102, 8^1×8^*7 ¦ Наиболее стертые
глагольные свойства в русском языке имеют страдательные
причастия прошедшего времени, а также действительные
причастия настоящего времени, которые, по замечанию
В.В.Виноградова «в. сущности лишены формы времени и обозначают
лишь наличный процессуальный признак» /19, ^257.
Особенно близки по своему значению прилагательным
страдательные причастия, обозначающие качественное своеобразие пред-
20
метов, испытавших на себе какое-либо действие, производи-* —
тель которого неопределен. Ср.: щупвшй^ — ЗЕШШ&
вид сорвашшй^юлос^— Х?|ЩДЬп5^гюл25; ^ак и в
прилагательное признак, передаваемый приведенными причастиями,
воспринимается в качестве постоянного, вневременного свойства
предмета. Слабый оттенок временной маркированности имеют ‘
лишь страдательные причастия, характеризующие предмет по
его отношениям к другим предметам: р^§Е2?й25ЇЇЗ-2?іШІ» ?С1″*
у действительных причастий настоящего времени
проявление глагольных свойств зависит от того, в каком значении —
прямом или переносном — они употреблены. Особенно часто
адъективируются причастия, сочетающиеся с отвлеченными су-
ществительными: горящий взгляд, режущая боль. Незначитель-
ный оттенок временной маркированности обычно сохраняют
лишь те причастия, которые определяют одушевленные пред- /
меты: ^?Х!В^!і^і^!&^і9 дпящий делршэк..
Отчетливее глагольные свойства проявляются у
страдательных причастий настоящего времени и действительных
причастий прошедшего времени. Как отмечал академик В.В.Вино-,
градов, »причастия на -мый представляют собой такой
морфологический тип, в котором категория , действия-состояния
явно преобладает над оттенками качественной оценки и даже .
качественного состояния» /9, 2207. Выразительность
глагольных свойств страдательных причастий настоящего време^
ни связана с тем, что у них, в отличие от страдательных
причастий прошедшего времени, действие и обусловленный имч’
признак мыслятся существующими одновременно. Ср.: ^а^й»*
ХЬІЇ^ЕЗйїЗД ~ ра-збираемый[^ стакану отащцтая^^две^ — открын
ва^ма^две^ь^ Обороты со страдательными причастиями на- »
стоящего времени редко имеют значение расширенного настой
ящего времени или значение свойства, постоянно присущего
предмету, — временные значения, способствующие
адъективации причастий /»80, 207. Поэтому, как правило, они упстреб-.
ляются обособленно.
Процессуальные признаки причастий прошедшего времени
неоднородны. В причастиях с переходным значением* »’наличие
объекта действия совершенно парализует возможность
развития качественных значений» /19, 2247* Предикативность
определений, выраженных ими, довольнд целика. Глагольность
21 .
непереходных причастий более стерта. Особенно слаба она у
причастий совершенного вида, которые ‘обозначают активный
признак как результат осуществленного, законченного
действия » /9, ?2$7- Признак и действие в этих причастиях
воспринимаются как разорванные во времени. Причастия
несовершенного вида обозначают признак, прочно связанный с
действием. Они значительно реже, чем причастия
совершенного вида, подвержены процессу адъективации.
Другим фактором, влияющим на характер предикативности
необособленных определений, являются синтаксические
функции поясняемого слова. Особенно отчетливо глагольные свой
ства причастий обнаруживаются в русском языке в тех
случаях, когда причастия (одиночные или с зависимыми
словами) относятся к подлежащему или к прямому дополнению
/71, ,80, 123, 1ваЛ Однако усиление глагольности возмож*.
но лишь у причастий, сохранивших ее. Причастия, близкие по
своим значениям к прилагательным или даже перешедшие в
них, обычно не изменяют своих свойств даже в прямых
падежах. Например: «Впереди шел пристав, буз фуражки: на сизо-
бритой .голове его у виска чернела запекшаяся кровь*’
(А.Толстой). Не наблюдается изменений и в свойствах определений,
выраженных причастиями, если они по смыслу слабо связаны
со сказуемым. Например: «На скамьях амфитеатра сидели
потемневши , обросшие щетиной, измученные люди» (А.Толстой).
Важным фактором, влияющим на глагольность причастий,
является также положение необособленного определения
относительно опорного слова. Тесная связь с именем существи- _
тельным свойственна согласованным определениям,
употребляющимся перед именем, по терминологии А.А.Потебни, в
атрибутивном положении /19, 1ъ?У. Эта позиция является
одним из синтаксических условий адъективации причастий /Ъ 4,
160; 80, ?0; 119, 150; 155, Д917. В постпозиции
глагольность причастий значительно более отчетлива.
Постпозитивные распространенные определения, как правило,
интонационно обособляются. Например: «В голосе ее послышалась
горечь, но в самой этой горечи было что-то суетное, не
вызывающее сочувствия» (Симонов). Необособленно здесь
могут употоебляться в основном одиночные определения. Даже
не выделяясь интонационно, они имеют на себе логическое
ударение, делающее их значительно более самостоятельными
22
предложении по сравнению с препозитивными необособлен-
1И определениями. Ср.: «Не бойся гостя сидящего, а
бойся стоящего*’ (Пословица) — Не бойся сидящего гостя.
И, наконец, на степень предикативности необособленных ‘
определений впияетих распространенность. Ср.:
колеблющееся пятно света на потолке (Герцен) — колеблющееся на
потолке пятно света; светящийся шар над головой (Булгаков) —
светящийся над головой шар. В примерах из произведений
А.Герцена и М.Булгакова отрыв слабо управляемых слов от
оборотов ведет к адъективации причастий Л04, ,15217. Сле*-
дует отметить, что роль различных зависимых от причастия»
слов в усилении его глагольности неодинакова. На это в своа
время обратил внимание Н.Н.Прокопович. Им же был выска**
зан ряд тонких замечаний о влиянии различных частей речи
на глагольность причастий /І20, 1^96^0^7. Однако анализ’
материала показывает, что на значение определений
оказывает воздействие не столько то, к какой части речи относится
зависимое от причастия слово, сколько его синтаксическая —
функция* В качестве зависимых от причастия членов
предложения могут выступать дополнения и обстоятельства. Наи— • .
большей способностью усиливать глагольность
действительных причастий обладают прямые дополнения. Причастные
обороты с ними значительно чаще употребляются обособленно,
чем иеобособленнр. Например: «Старик, открывавший ей дверь,
стоял посередине передней с чайником в руке»(Симонов)¦ Со
страдательными причастиями прямые дополнения не сочета—’
ются. Наиболее ‘сильным средством активизации глагольного
значения причастий является дополнение, выраженное
творительным действующего лица или творительным орудия /19,
2267*
В составе причастных оборотов в русском и украинском
языках наблюдаются все разряды обстоятельств. Особенно
отчетливо предикативное значение определений проявляется в
тех случаях, когда причастие распространено
обстоятельствами, обозначающими место, время, меру, причину, иель>
условие. Слабее это значение проступает в причастных оборотах,
включающих в свой состав обстоятельства, обозначающие
качественную характеристику или способ совершения действия.
Одиночные необссобленные причастия, выражая
атрибутивное значение и занимая атрибутивную позицию, обнаруживают
23
определенную близость присубстантивным придаточным. Но ц0
характеру выражаемого признака, его временной определен-.
ности они отличаются от придаточных, а поэтому не могут •
.. рассматриваться в качестве их синонимов. Ср.: «Прогоняя
• видение черного грохочущего паровоза, она почти побежала
к своему станку» (Чивилихин) ~ Прогоняя видение черного
паровоза, который грохотал, она почти побежала к своему •
станку. Как видно из примера, замена одиночного
определения придаточной частью выглядит искусственной, поскольку
начальный смысл изменился: вместо указания на наличный
признак подчеркнуто выделяется наличное действие,
характеризующее предмет. Невозможность подобных трансформаций
^ нередко связана также с тем, что при них обычный для не—
— обособленных определений выделительный оттенок
атрибутивного значения заменяется описательным.
Отличия от придаточных сохраняют даже те
необособленные определения, которые в силу морфологических,
синтаксических и семантических факторов максимально приблизились
к обособленным. Например: «Левашову, в те дни комиссару
штаба армии, командующий приказал догнать и повернуть уже
начавшую отход в сторону Керчи дивизию*’ (Симонов),’ «Он
• долго кружил повисшего на нем полуголого Григория»
(Шолохов), Формально расхождения выражаются в том, что необо-,
собленньк определения, в отличие от придаточных и
обособленных определений, входят -с поясняемым словом в одну
синтагму и тяготеют, по терминологии Я.Кухаржа /76, >2Т7/,’
к ‘полюсу наименования», а не к полюсу высказывания.
Обозначаемые ими действия или процессы оказываются уже
преобразованными в процессуальный признак. Однако в отличие
от отглагольных прилагательных, признак, выражаемый
причастием, сохраняет указание на характер своего проявления
и существования, например, во времени. В придаточных и і
обособленных определениях становление качественной
характеристики предмета происходит непосредственно в предложе- !
нии путем указания на действия, производимые предметом
или направленные на него, В результате этого у них
доминирует указание на действия, процессы, связанные с
поясняемым предметом.
Анализ фактов украинского языка подтверждает вывод,
сделанный на материале русского языка, о неоднородности пре-
24
пикативности необособленных определений, образованных при—
частиями. В украинском языке наблюдается отчетливая
тенденция к употреблению тех причастных форм, которые
характеризуются минимумом глагольности.
Так же широко, как и в русском языке, здесь
представлены лишь страдательные причастия прошедшего времени:
почута новина, атрофовані волокна, загублені ключі. В обра—
зовании и употреблении действительных причастий в
украинском литературном языке наблюдается процесс ограничения
некоторых форм. Так, вышли из употребления многие причао*
тия прошедшего времени с суффиксами -вши-, —ши—,
регистрировавшиеся в украинской прессе конца XIX — начала XX в.;
увіковічивший, потерпівший, упавший, посвятивший и др,/43,
1 107, не стали принадлежностью литературного языка
причастия с постфиксом -ся, наблюдавшиеся в дореволюционной
западноукраинской периодике (^бо^^ндючоТ^ся^ сшт^ю^югося)
/43, 1167* Как и в русском языке, «рормы причастий на-ся
обладали яркими глагольными свойствами. Постфикс -ся, имея
яркую морфологическую маркированность, препятствует скаче-
ствлению подобных форм /9, 22^7. Наконец, у всех
действительных причастий, включая и образования от переходных
глаголов, теряется такой важный глагольный признак, как
переходность /140, 4^§7.
Большинство причастий настоящего времени по значению
аналогичны прилагательным и нередко образуют с ними
синонимичные ряды: вбиваючий — вбивчий, манячий — важливий,
ЇЙЙЗй5ДВ /8, ІХв^ІХ?» 125, Д^237. Зачастую причастия
данного разряда развили переносные значения, утратив при
этом начальную семантику. Ср.: с^пзаю^^^ ~ Я?І?йТ
ючий ліс. Словосочетания, подобные первому, в которых
глагольность ощущается отчетливее, в современном языке
редки, тогда как вторые, в которых причастие имеет
переносное значение, обычны.
Из действительных причастий прошедшего времени в
украинском языке представлены формы от непереходных основ
совершенного вида: посиЫ^гши, зам^злий, 3?0?пшй и т.д.
Их глагольность выше, чем у причастий настоящего времени
/40, 7Т17, однако, употребляясь в составе одиночных необо-
собленных определений, они, как и соответствующие им
причастия в русском языке, нередко обозначают признак, близ—
25
кий, хотя и не тождественный тому, который выражается при^
лагательными. В значении действительных причастий проше^ь
шего времени совершенного вида в украинском языке употреби
ляются также причастия совершенного вида на -ний|Соотноси-*
тельные с возвратными глаголами: усмгхнений, запгзнений,
^озб^яний /28, 1^9^^607. Эти причастия имеют
ослабленные глагольное признаки, о чем свидетельствует хотя бы то,
что залоговое значение не соответствует их форме.
Помимо названных причастий, в украинском языке
употребляются страдательные причастия несовершенного вида на
~ен-, -н—, -г-; анал^овани^, §??ежеш^, 535й5Ш2Й* ???ЩЇЙ2г
вадий, которые иногда характеризуются в качестве причастий
настоящего времени /133, 41, 114, 159, 311 и др*7. Их
временные признаки довольно неотчетливы и во многом
определяются контекстом. Поэтому ряд исследователей не без
основания считают, что такие формы лишены возможности
выражать временной признак /8, 1^587,
Необособленные причастия и причастные обороты в
украинском языке в большинстве случаев существенно
отличаются от придаточных, а поэтому не могут рассматриваться как
их синонимы. Вовсе не поддаются синонимичной
трансформации действительные причастия, развившие переносные
значения. Например, словосочетание ^ви^вчаю^^и^^п[Огля^ в
предложении «Залужний дивився на дівчину допитливим, вивчаючим
поглядом » (Довженко) не преобразуется в конструкцию гтюгляд,
щ^мви^чав, поскольку метафоризация, допустимая в
необособленном определении со стертым указанием на действие, в
придаточной части из-за акцентирования на процессе
становится искусственной, грубой..
В украинском языке глагольность причастий усиливается
под влиянием тех же факторов, что и в русском языке /13,
1^3Я^387. Однако это наблюдается сравнительно редко. Для
выражения процессуальных признаков, аналогичных тем,
которые в русском языке передаются причастиями с сильными
глагольными свойствами, в украинском языке используются
придаточные /52, 96^98_7. В подавляющем большинстве
случаев они вводятся с помощью союзного слова дцо: кра^ни^^що
розвиваються^ на?2ШЬ Щ?^??515^^
Особенностью таких придаточных является их очень тесная
интонационная связь с опорным словом, напоминающая ту, кото-
26
ая характерна для необособленных определений. Сказуемое
них, как правило,¦ не имеет зависимых членов и
обозначает действие, не соотносительное во временном плане с
действием, выраженным сказуемым главной части. Таким обра-
зом, в украинском языке, как и в русском, отсутствует пол-
лая синонимия необособленных определений и придаточных,
у потребляющиеся здесь необособленные причастия и
причастные обороты, как правило, не могут быть заменены
придаточной частью, а придаточные — необособленными
причастиями и причастными оборотами.

загрузка...

Літературне місто - Онлайн-бібліотека української літератури. Освітній онлайн-ресурс.