Лінгвістичні студії: Збірник наукових праць.

Валентина Лущай — ПЕРИОДИЧЕСКАЯ РЕЧЬ: ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ

У статті пропонуються критерії розмежування центру й периферії періодичного мовлення на рівні
внутрішньофразового й міжфразового синтаксичного зв’язку з орієнтацією на ієрархію ознак періодичного
мовлення.
Ключові слова: періодичне мовлення, еталонний період, периферія періодичного мовлення, позиційний
склад речення, рекурсивна парадигма, градаційний ряд, структурний паралелізм.

В словарных дефинициях периодическую речь определяют как речь, организованную в периоды
[Ахманова 1966: 387], а в дефинициях периода внимание сосредоточено на ритмико-интонационной
двучленности [Словарь иностранных слов 1984: 372] и уравновешенности целого [Ахманова 1966: 321].
Полагаем, что как в синтаксисе предложения, так и в синтаксисе текста необходимо последовательно
проецировать синтагматику на парадигматику. Базисной категорией синтаксиса, представляющего «ось
симметрии в языке» [Андрусенко 1997: 98], считаем позиционный состав предложения, поскольку все
синтаксические единицы на уровне внутрифразовой синтаксической связи вычленяются в составе
гримне
змолотив
1
мірГ1
амьТлітає 1
гяторПпрохопив 1
Вітер
заграв
пронизує
повіяв
кошлатить
прошиває
дріма
спить
1
1
1
1
1
1
1
© Лущай В.В., 2006 ЛІНГВІСТИЧНІ СТУДІЇ. Випуск 14

216
предложения, а на уровне межфразовой связи сами предложения являются составными межфразового единства.
Тем более, что в структуре межфразового единства воспроизводятся определенные параметры структуры
позиционного состава предложения. Данные исходные положения позволяют предложить новый взгляд на
сущность периодической речи и место в ней традиционно толкуемого периода.
Напомним, что в традиционном учении объем понятия периодической речи сводился к понятию
«период» как стилистической фигуре, свойственной беллетристическому стилю в письменной речи и
ораторскому искусству в публичной устной речи. Таким образом, в поле зрения исследователей оказывался
только центр периодической речи – классический период, рассматриваемый с позиций стилистического
синтаксиса прежде всего в композиционно-стилистическом плане. Соответствующую дефиницию его находим
в [Гвоздев 1955: 443]: «литературно обработанное сложное предложение, которое со стороны содержания
характеризуется развернутым изложением темы, объединяющей ряд отдельных положений, а со стороны
формы – упорядоченным расположением и ритмичностью».
В соответствии с установками современной лингвистики любая структурная и функциональная языковая
категория представляет континуум с центром и периферией. Полагаем, что и периодическая речь в
конструктивно-синтаксическом плане должна рассматриваться как континуум, центр которого представлен
классическим периодом. Периферию составят структуры, отличающиеся от центра неполнотой представленных
в эталонном периоде признаков периодической речи, но с обязательной ее константой. В связи с этим возникает
проблема иерархии признаков периодической речи. Устанавливаем ее в проекции на позиционный состав
предложения и связываем с понятием «рекурсивная парадигма», в которой константой оказывается
однофункциональность ряда компонентов предложения на уровне межпозиционной связи или в пределах одной
синтаксической позиции, а переменными признаками – особенности взаимосвязи однофункциональных
компонентов как единого целого с его дистрибутивными коррелянтами в позиционном составе предложения
[Лущай 2001].
Лат. “rekursio” (возвращение) и греч. “periodos”(круговращение) соотносительны по семантике как более
общее и менее общее. Это позволяет рассматривать периодическую речь как разновидность рекурсивной
парадигмы на уровне позиционного состава предложения или межфразового единства. Важно не упускать из
виду, что круговращение осуществляется как семантический повтор (градационно-перечислительные
отношения) и структурный повтор (структурный параллелизм) однофункциональных компонентов. Поэтому
важнейшим признаком периодической речи оказывается не двучленность, а градационно-перечислительные
отношения в сочиненном ряду однофункциональных компонентов, в результате чего обнаруживается
конструктивная роль сочинительной связи для периодической речи. Эта закономерность тем не менее не
опровергает более общую, даже универсальную, закономерность: сочинение лишь эпизод на фоне подчинения,
так как сочиненные компоненты обычно соподчинены или соподчиняют третий компонент.
Таким образом, понятие «периодическая речь» расширяет свой объем и обнаруживает полевую
структуру этой категории, если из ряда основных дифференциальных признаков периодической речи,
предписываемых лингвистами ее эталону – классическому периоду (структурный параллелизм сочиненного
ряда компонентов с градационно-перечислительными отношениями, двучленность конструкции и
соответствующее ритмико-интонационное ее оформление), на первый план выдвинуть структурный
параллелизм однофункциональных компонентов и ритмико-интонационное их оформление (план формы) и
градационно-перечислительные отношения между ними как обязательный и отчетливо выраженный признак в
плане содержания.
Градационный повтор однофункциональных компонентов высказывания представляет собой каскад
рекурсивных шагов на уровне внутрифразовой связи (между компонентами сложного предложения или
компонентами члена предложения) или на уровне межфразовой связи. Особый случай — градационный
сочиненный ряд неоднофункциональных компонентов: Кому, і що, й навіщо говорити? (Л. Костенко); Куда,
зачем да к кому иду — все ей надо знать! (Р. Канделаки), который базируется на балансе симметричных и
асимметричных отношений в градационном ряду: градация — «самая симметричная из асимметричных фигур и
самая асимметричная из симметричных» [Береговская 2003 : 90 – 91].
Под таким углом зрения в архитектонике периодической речи видятся большие возможности выявления
закономерностей реализации рекурсивной парадигмы на разных уровнях синтаксической связи с учетом
оппозиции: центр – периферия.
Весьма многообразны факты периодической речи на уровне внутрифразовой связи. Прежде всего это
эталонный период, который обычно иллюстрируется многокомпонентным сложноподчиненным предложением
с градационно-перечислительным рядом придаточных частей. Напр.: І чим далі вони йшли, чим важче їм було
обминати перешкоди, чим сильніше пекло їх зверху сонце, а знизу камінь, тим більше завзяття одбивалось на їх
червоних, упрілих обличчях, тим сильніше запеклість випирала їм очі з лоба (М. Коцюбинський).
Но классический период может быть представлен многокомпонентным сложносочиненным
предложением (1) или бессоюзным сложным предложением (2) (подчеркнут градационный ряд внутри
другого градационного ряда):
(1) Еще амуры, черти, змеи
На сцене скачут и шумят; Розділ VI. Лінгвістика тексту

217
Еще усталые лакеи
На шубах у подъезда спят;
Еще не перестали топать,
Сморкаться, кашлять, шикать, хлопать;
Еще снаружи и внутри

Везде блистают фонари;
Еще, прозябнув, бьются кони,
Наскуча упряжью своей,
И кучера вокруг огней
Бранят господ и бьют в ладони, — //
А уж Онегин вышел вон;
Домой одеться едет он (А. Пушкин).
Здесь налицо периодическая речь на уровне внутрифразовой связи. Отчетливо представлена концовка, но
зачин и развитие микротемы не разделены.
(2) Не то, что мните вы, природа:
Не слепок, не бездушный лик – //
В ней есть душа, в ней есть свобода,
В ней есть любовь, в ней есть язык (Ф. Тютчев).
Инверсия на уровне предиката и расположение местоимений (в порядке: И.п. → П.п.) в заключительной фразе
строфы оформляют кольцевую композицию периода.
Читается трояким образом: первое – читать и не понимать, второе – читать и понимать, третье –
читать и понимать даже то, что не написано (Я. Княжнин). Зачин отчетливо выражен, а содержание
концовки помещено в третьем компоненте градационного ряда – даже то, что не написано. Данный период
поддается переводу с уровня внутрифразовой синтаксической связи на уровень межфразовой синтаксической
связи: Читается трояким образом. Первое – читать и не понимать. Второе – читать и понимать. Третье –
читать и понимать даже то, что не написано.
Каждая из частей эталонного периода нередко содержит свой внутренний градационный ряд:
І світає, і смеркає,
І знову смеркає, //
А москаля, її сина, немає, немає (Т. Шевченко);
Мы с вами будем говорить, что это глупо и нелепо, что дуэль уже отжила свой век, что
аристократическая дуэль по существу не отличается от пьяной драки в кабаке, // а все-таки мы не
остановимся, поедем и будем драться (А.Чехов).
Наше понимание периодичекой речи предполагает, что традиционно квалифицируемые предложения с
однородными членами и обобщающим словом также содержат периодическую речь, а в случае постпозиции
обобщающего компонента даже относятся к эталонному периоду: Горда воля героїв й жага повноти буття,
його краси, гармонія людини і природи – // усе це приваблює в новелах Кобилянської (І. Денисюк).
Есть основания видеть эталонный период и на уровне межфразовой связи — в лаконичных сверхфразовых
единствах:
Був ранок. Був туман. Було сто тисяч війська.
І меч свячений був. // Усе було тоді (Л. Костенко);
Зеро. Нуль.
Чоловік без шани. //
Ось ваш гетьман,
Ромни і Вільшани! (Л. Костенко).
В следующем сверхфразовом периоде заметен шаг к периферии, так как градационный ряд
выстраивается на уровне синтаксической позиции, а двучленность – на уровне межфразовой связи:
Але над ким, над ким, над ким тепер я в світі владен?! //
Самотній чоловік, я дуже безпорадний (Л. Костенко).
Постпозиция градационно-перечислительного ряда также шаг к периферии, поскольку отражается на
ритмико-интонационном оформлении периода и смысловых отношениях между двумя частями.
Вона ні слова не сказала праву.//
Стоїть. Мовчить. І дивиться. І все (Л. Костенко); Вона вічно шукала гармонії. // В людях, в їх відчуванні, в
їх відносинах до себе і до природи (О. Кобилянська). В последнем примере имеем тот вариант присоединения, в
котором оно смыкается структурно с парцелляцией: именно открытость градационно-перечислительного ряда
позволяет видеть здесь присоединительную конструкцию, несмотря на возможность поместить градационный
ряд управляемых субстантивных словоформ в строго определенную синтаксическую позицию в
предшествующей фразе. ЛІНГВІСТИЧНІ СТУДІЇ. Випуск 14

218
Смысловые отношения между частями периода часто носят интерпликантный характер. Так, в
следующем сверхфразовом единстве содержание первой части соотносится с содержанием каждого элемента
градационного ряда как препятствующее условие. Но на уступительно-противительные отношения
наслаиваются градационно-перечислительные:
Їй стільки літ, що вже немає здачі. //
А ходить. А живе. А голосом скрипить (Л. Костенко);
Ost, West, // zu Hause best (Нем. посл.). – Восток, запад, // дома лучше. – Здесь на выраженные
структурой и интонацией градационно-перечислительные отношения наслаиваютя противительные отношения,
так как весьма ощутима импликация противительного союза aber (= но) благодаря лексическому составу
фразы.
В исследованиях по категории градации отмечается доминация такой фигуры, как «триада» элементов
градационного ряда (Береговская 2003). Наши наблюдения подтверждают этот вывод:
Три радості у мене неодіймані: //
Самотність, труд, мовчання (В. Свідзинський);
Не жалів мені хан //
Ні вина, ні кумису, ні меду (Л. Костенко);
С детства узнала: отказываются «откушать» не только сытые. // Нет, бедные, молодые и гордые
тоже (Р. Канделаки); При въезде в страну узнай, что запрещено, при въезде в деревню узнай о местных
обычаях, при входе в дом спроси имена членов семьи (Кит. посл.).
Мы отмечаем многоярусную триаду. Так, в следующем периоде наблюдается триада компонентов
градационного ряда на уровне сочиненного ряда изъяснительных придаточных частей, и, кроме того, в первом
ее звене присутствует триада на уровне субпозиции именной части составного сказуемого: Испуская последний
вздох, я все-таки буду верить, // что наука – самое важное, самое прекрасное и нужное в жизни человека, что
она всегда была и будет высшим проявлением любви и что только ею одною человек победит природу и себя
(А.Чехов).
Усиливается симметрия периодической речи при наличии триады в обеих частях периода:
Я кінь. Я не тягло. Я доброї породи. //
Як борозенний віл – тягну, тягну, тягну (Л. Костенко);
І що тепер? Що вдіять, що почать? //
Ні булави, ні війська, ні печаті (Л. Костенко);
Але минають ночі, шелестять вечори біля тополь, тополі відходять у шосейну безвість, // а за ними –
літа, роки, моя буйна юність (М. Хвильовий);
Не нудно буде й тобі
День у день,
Рік у рік,
Повік
Біля стовпчиків походжати
Та співати жальливих пісень,//
Що зграбували тебе,
Що ти не можеш забути,
Що як же недобрим бути,
Коли небо таке голубе! (В. Свідзинський).
Градация усиливается лексическим повтором:
По самий обрій // туга, туга, туга Л. Костенко);
А там, а там, а там! // Такі були простори. (Л. Костенко).
Лексический повтор — даже без структурного параллелизма (то есть безотносительно к позиционному
составу) — способен сообщать речи градационное звучание и тем самым приближать ее к сфере периодической
речи:
Ліси в лісах, // і що там за лісами? (Л. Костенко);
Ви′тесати нете′саного тесана’ (Б. Грінченко). — Видумати небилицю.
Градация может достигаться и только посредством интонации (= пунктуации), сообщающей элементам
синтагматической цепи общую сему градационного ряда с соответствующим смысловым вектором:
А тут ще // вітер – у лице – навстріч! (Л. Костенко);
Зненацька, раптом, всі до решти – //
Вони зникали вдалині (Л. Костенко).
В упорядоченной цепочке лексического повтора и лексических антонимов на фоне структурного
параллелизма возникают контекстуальные антонимы, а в результате — градационный контраст:
У цих новий король.
У тих новий Мехмет. // Розділ VI. Лінгвістика тексту

219
А в нас біда та сама і та сама (Л. Костенко). Как контекстуальные антонимы здесь противопоставлены
лексемы: король — Мехмет — біда. Вторая (фоновая) антонимическая цепочка представлена местоименными
предложно-падежными формами: у цих – у тих – в нас.
Местоимения ты и я актуализируются как контекстуальные антонимы в следующем тексте:
Ты богат, я очень беден;
Ты прозаик, я поэт;
Ты румян, как маков цвет,
Я, как смерть, и тощ, и бледен (А. Пушкин).
Смена словопорядка также может быть существенной в структурировании периодической речи:
И чувства нет в твоих очах,
И правды нет в твоих речах, //
И нет души в тебе (Ф. Тютчев). Бессоюзное сложное предложение обретает типичную для эталонного
периода двучленность вследствие смены словопорядка в третьем компоненте градационного ряда, остающемся
элементом этого ряда, но в то же время воспринимаемом как вторая часть периода в соответствии с
характерным ритмико-интонационным оформлением.
Элементарная конструкция из относимых к периодической речи – это градационный ряд на уровне
внутрипозиционной связи:
а) между сочиненными компонентами в субпозиции присвязочной части составного сказуемого:
Моя мати – наївність, тиха жура і добрість безмежна (М.Хвильовий);
Она была нетороплива,
Не холодна, не говорлива,
Без взора наглого для всех,
Без притязаний на успех,
Без этих маленьких ужимок,
Без подражательных затей. //
Все тихо, просто было в ней (А. Пушкин);
б) между компонентами сочиненного ряда в пределах одной синтаксической позиции: І знову берегли
євангеліє, філософію, поетів (П. Тичина); Деруть податки з поля, двору, стріх (Л. Костенко).
Самодостаточность одного предлога в таком ряду доказывает наличие одной синтаксической позиции, то есть
одного члена предложения, представленного сочиненным рядом словоформ, а не однородных членов
предложения. Потому мы, принимая понятие «сочинительное словосочетание», тем самым отказываемся от
традиционного понятия «однородные члены предложения». А сочиненный ряд предикативных членов
предложения образует уже сложное предложение, в котором градация обусловливается соотношением
лексического значения сочетающихся глагольных словоформ: Ему не гулялось, не ходилось, не хотелось даже
подняться вверх (Н. Гоголь); Я занят, заболел, умер… (А. Куприн).
Высокочастотна и многообразна периодическая речь на уровне межфразовой связи: Вдруг вижу: отец не
сердится вовсе! Хоть морщина врезана, прямая, как штык. Хотя светлый и грозный взгляд, как у дикой
птицы. Хотя смуглая красивая рука нервно крутит ус. // Но не сердится, просто расстроен (Р. Канделаки).
Два следующих сверхфразовых единства воспринимаем как период кольцевой структуры:
Простіть мене. //Від Ворскли до Дунаю.
По саме море, по Стамбул // простіть! (Л. Костенко);
Знаете ли вы таких актеров, которым стоит только появиться на сцене, — и зрители их уже любят? //
За что? За красоту? // Но очень часто ее нет. // За голос? // И он нередко отсутствует. // За талант? // Он не
всегда заслуживает восхищения. // За что же? // За то неуловимое свойство, которое на разговорном языке
мы называем : «Поди сюда». За ту необъяснимую привлекательность всего существа актера, недостатки
которого превращаются в достоинства и копируются его поклонниками и подражателями. // Таким актерам
позволяется все, даже плохая игра (К. Станиславский). Здесь градационный ряд состоит из вопросо-ответных
единств.
В текстах встречаем сверхфразовые единства, в которых один сверхфразовый период сменяется другим:
Да, его гоняли всю жизнь! Гоняли старосты и старшины, заседатели и исправники, требуя ругу. Гоняли
нужда и голод; гоняли морозы и жары, дожди засухи; гоняла промерзшаяземля и злая тайга! … Скотина идет
и смотрит в землю, не зная, куда ее гонят… И он также… Разве он знал, что поп читает в церкви и за что
идет руга? Разве он знал, зачем и куда увели его старшого сына, которого взяли в солдаты, и где он умер, и где
лежат его бедные кости (В. Короленко). Словоформами не зная (проспетивный вектор) и гонят
(ретроспективный вектор) органично связаны эти межфразовые периоды.
Чи справді вірив я у перемогу
В такій тяжкій нерівній боротьбі?
Так, вірив я. Найперше вірив Богу.
І вірив людям. Людям і собі (Л. Костенко);
О господи, а я? Чи мав при собі гроно ЛІНГВІСТИЧНІ СТУДІЇ. Випуск 14

220
Найвченіших мужів, піїтів і музик? //
То все у королів. В палацах. Біля тронів.//
А ти козак. Ти гетьман. Ти мужик (Л. Костенко). „То все у королів. В палацах. Біля тронів.” — этот
градационный ряд оказывается одновременно второй частью одного периода и первой частью – второго.
Противопоставление периода фразового и периода сверхфразового связано с уровнями членения
текста. Фразовый период конструируется на уровне внутрифразовой связи:
Як виє вітер , // наче йому страшно
і наче сумно, наче він старий (Л. Костенко).
Сверхфразовый период может конструироваться не только на уровне межфразовой связи (1) , но и при
переходе с внутрифразовой связи на межфразовую и наоборот (2):
(1) Не випросив. Не вкрав. Не збогарадив. //
Узяв свободу, приналежну нам (Л. Костенко);
(2) Вдаль по земле, таинственной и строгой,
Лучатся тысячи тропинок и дорог. //
О, если б нам пройти чрез мир одной дорогой !→
Все видеть, все понять, все знать, все пережить,
Все формы, все цвета вобрать в себя глазами,
Пройти по всей земле горящими ступнями,
Все воспринять и снова воплотить (М. Волошин).
Итак, обязательный и наиболее ощутимый признак периодической речи — градационно-
перечислительный ряд, которому обычно присущ структурный параллелизм однофункциональных
компонентов ряда и определенное ритмико-интонационное оформление. Поэтому к сфере периодической речи
правомерно относить как периферию 1-й ступени такие конструкции, которые не характеризуются
двучленностью. Разумеется, на их ритмико-интонационном оформлении эта особенность отражается:
А хан куня, куня, куня (Л. Костенко);
То що ж ви, хлопці, що ж ви, що ж ви, хлопці? (Л. Костенко).
К периферии 2-й ступени относим такую периодическую речь, в которой нарушен в той или иной мере
структурный параллелизм: Я дивлюсь на портрети: // князь хмурить брови, княгиня – надменна зневага,
княжата – в темряві столітніх дубів (М. Хвильовий);
Давно і дивно. Дивно, як давно.
Ще тільки вчора, а уже піввіку (Л. Костенко); День, два, три сидят и никуда не выходят, все
молоточками постукивают (Н. Лесков).
К 3-й ступени относим периодическую речь с разнофункциональными компонентами градационно-
перечислительного ряда (градонимы всегда соизмеримы: в них как минимум одна сема повторяется): Нема
кому із ким заговорить (Л. Костенко); Ніхто нічим нікому не вгрожає (Л. Костенко).
Как видим, в континууме периодической речи, обязательным признаком которой является наличие
градационно-перечислительного ряда однофункциональных компонентов, характеризующихся структурным
параллелизмом, не исключаются структурные варианты и нюансы смысловых отношений (между частями
двучленного периода или между элементами градационных рядов). При отсутствии одного или даже двух
признаков периодической речи, но при наличии градационного ряда конструкция может быть отнесена к
периодической речи – как периферия.

Литература
Андрусенко 1997: Андрусенко Т.Б. Знание в контексте биосферы. – Диалог. – 1997. – Т.1.
Ахманова 1966: Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. – М.: Советская энциклопедия,
1966.
Береговская 2003: Береговская Э.М. Система синтаксических фигур: к проблеме градации. – Вопросы
языкознания. – 2003. — № 3. – С. 79 — 91.
Гвоздев 1955: Гвоздев А.Н. Очерки по стилистике русского языка. – М.: Учпедгиз, 1955. – 463 с.
Лущай 2001: Лущай В.В. Рекурсивная парадигма позиционного состава предложения // Античність —
сучасність” (питання філології): Зб. наук. праць. Вип. 1.- Донецьк: ДонНУ, 2001.- С.238 — 245.
Словарь иностранных слов. 11 изд. — М., 1984.

The criteria for distinction of centre and periphery of periodical speech are put out in the article. The
mentioned criteria are described at the intrasentence and intersentence levels of connection. The hierarchy of
periodical speech indications has been taken into account.
Keywords: periodical speech, standard period, periphery of periodical speech, positional composition of a
sentence, a recursive paradigm, gradational row, structural parallelism.
Надійшла до редакції 1 жовтня 2005 року.

Категорія: Лінгвістичні студії: Збірник наукових праць.

Літературне місто - Онлайн-бібліотека української літератури. Освітній онлайн-ресурс.