Название самого первого произведения Астафьева уже обозна­
чило его главную и постоянную тему — судьба и характер «про­
стого человека», жизнь народа «во глубине России». В этом смысле
молодой писатель не выходил из того русла, которое было проло­
жено в начале «оттепели» Шолоховым и другими авторами «мо­
нументальных рассказов» и социально-психологических повестей.
Но Астафьев проблему «простого человека» освещал и решал
несколько иначе, чем другие писатели. То, что принято обозна­
чать формулой «простая жизнь», он старается показать как бы
«воочию», сорвать с нее литературный флер. Порой он это делает
нарочито, используя поэтику натурализма, вплоть до выбора си­
туаций «неприличных» с точки зрения принятых эстетических
представлений и литературных норм. Словом, жизненный мате­
риал молодой Астафьев зачастую черпает где-то на самом краю
«дозволенного», но именно в этих «неприличных» ситуациях он
показывает, насколько же интересен «простой человек», насколько
1 Астафьев В. Сюжеты и судьбы: (Монолог о времени и о себе) / / Всему свой
ч а с .-М ., 1985.- С . 7.
2 Большую роль в судьбе Астафьева сыграл критик А. Н. Макаров, который
написал о нем обстоятельную статью «Во глубине России», она увидела свет в
столичном журнале «Знамя» (1964. — № 12).
98 богат его нравственный ресурс, насколько он душевно красив.
«Простой человек» дорог ему своей душевной отзывчивостью, де­
ликатностью, поэтической чуткостью к жизни. И этим Астафьев
существенно обогатил представление о том герое, который вы­
ступал в годы «оттепели» самым авторитетным носителем идеала.
Неслучайно своего рода апофеозом темы «простого человека» стал
именно астафьевский рассказ — назывался он «Ясным ли днем»
(1967), который увидел свет в «Новом мире» у Твардовского.
В образе главного героя рассказа, старого ивалида-фронтовика
Сергея Митрофановича, перед читателем впервые вполне отчет­
ливо предстал очень существенный для всей системы нравствен­
ных координат астафьевского художественного мира характер —
«песенный человек», так его можно назвать. Астафьевский «песен­
ный человек» не только душу свою изливает в песне, песней он
утихомиривает разбушевавшихся парней-«некрутов», песней он
скрашивает печаль старости своей бездетной семьи. Песенность
характеризует его особые, поэтические отношения с жизнью во­
обще. Характер Сергея Митрофановича несет в себе очень важную
для Астафьева идею — идею лада. Такие люди, как Сергей Митро­
фанович, своей «участностью» смягчают души окружающих лю­
дей, налаживают согласие между людьми. И это было существен­
ным обогащением концепции «простого человека». Шолоховский
Андрей Соколов был прежде всего отец и солдат, солженицын-
ская Матрена — великомученицей, Мария из «Матери человечес­
кой» В.Закруткина — Матерью Божией. Астафьевский Сергей
Митрофанович — «песенная натура», поэтический характер.
Так складывалась художественная система В. Астафьева — со
своим кругом героев, живущих в огромном народном «рое», с острой
сердечной чуткостью к радостям и гореванью людскому, с какой-то
эмоциональной распахнутостью тона повествователя, готового к
веселью и не стыдящегося слез. Эту художественную систему мож­
но условно назвать «натуралистическим сентиментализмом». Впо­
следствии, уже в повести «Пастух и пастушка», герой Астафьева
(правда, в связи с Мельниковым-Печерским) «вслух повторил
начало этой странной, по-русски жестокой и по-русски же слез­
ливой истории». Эта формула очень подходит к самому Астафьеву:
он всю жизнь пишет по-русски жестокие и по-русски же слезли­
вые истории. Сентиментальное и натуралистическое начала у него
всегда будут вступать в гибкие отношения между собой.